Курск, ул. Пионеров, 6

     Кольцо пятилучевое (Æ дужки – 13,5 мм) из серебряного сплава. Было разломано на три части, складывающиеся в одно целое, часть дужки отсутствует. Лучи имеют каплевидные завершения. Идущие вдоль края лучей рельефные ложнозернёные бордюры образуют внутренние треугольники с гладким полем. Основание лучей соприкасается с ложнозернёным бордюром. Верхняя часть щитка в виде гладкой выпуклой полосы украшена фигуркой птицы повёрнутой вправо. Обращённая назад голова птицы имеет сильно загнутый клюв, большой выпуклый круглый глаз и хохолок с виде двузубчатых «рожек». Голова соприкасается с дужкой, имеющей чётко читаемые утолщения в местах соединения со щитком. Внутренняя часть лучей и крыла заполнена процарапанными линиями. Обратная сторона кольца гладкая. Височное кольцо из Беловского района входило в набор украшений женщины из летописного племени "северян/северов", обитавших на Днепровском Левобережье в VIII – XI вв. 

      Схожее височное кольцо было обнаружено Б.А. Звиздецким во время раскопок поселения у городища Искоростень (Житомирская область, Украина) в жилище №7, время существования которого было определено исследователями 2-й половиной IX – рубежом IX – X веков.

     Помимо височных колец с одинарными птицами, в Европейской России и на Украине известны находки колец с изображением пары птиц стоящих напротив друг друга и идущими одна за другой. Ближайшие соответствия всем этим сюжетам обнаруживаются на территории Византийской империи. Так, одинарное стилизованное изображение орла (?) присутствует в верхней части штампованной византийской серьги из Македонии, а композиционно близкие к изображениям на кольцах из Курской области и Искоростеня фигуры хищных птиц с повёрнутой назад головой изображены на костяных пластинках X – XI вв. из Херсонеса (Крым, Россия). Вероятно, изображения птиц в раннесредневековом искусстве Византии несли не только эстетическую, но и символико-религиозную нагрузку. Например, орёл олицетворял воскресение и новую жизнь, начавшуюся с крещенской купели, а также душу христианина, которая крепнет с помощью добродетели.

     Совпадение сюжетных и стилистических приемов изображений птиц у обнаруженных на славянских памятниках Юго-Восточной Европы височных колец с образцами византийского декоративного и прикладного искусства VI – XII вв., вероятно, позволяет связать эти кольца (в том числе и кольца из Беловского района и Искоростеня) с раннесредневековой византийской ювелирной традицией, распространённой не только в пределах самой Византийской империи, но и долго сохранявшейся на землях, захваченных у византийцев арабами. Попадая в руки восточноевропеских ювелиров, эти височные кольца могли или использоваться для вторичных отливок или служить образцами при создании украшений, соединявших в себе как импортные влияния, так и привычные для их покупателей элементы декора.

     Исходя из политической обстановки, время поступления византийских колец с зооморфными сюжетами на северные окраины Хазарского каганата, где обитали и курские северяне, вероятно, может быть ограничено 2-ой половиной 830-х – началом 890-х годов, т.е. периодом после окончания в Хазарии междоусобной войны, вызванной принятием иудаизма в качестве государственной религии, и вторжением печенегов в степи Северного Причерноморья, сопровождавшемся изгнанием мадьяр, разгромом северо-западных провинций каганата и, как следствие, временным нарушением внешнеторговых связей данного региона.

     Автор: заведующий экспозиционным отделом Курского государственного музея археологии Шпилев А.Г.